Попасть на большой десантный корабль всегда было почетно: оказаться в Севастополе на БДК «Ямал» или на других подобных исполинах - мечта многих парней. Трем нашим землякам повезло - Геннадию Гуренко, Александру Хомяку и Евгению Лавреновичу. В 2015-м их призвали исполнить воинский долг, послужить в морфлоте.
Попасть на большой десантный корабль всегда было почетно: оказаться в Севастополе на БДК «Ямал» или на других подобных исполинах - мечта многих парней. Трем нашим землякам повезло - Геннадию Гуренко, Александру Хомяку и Евгению Лавреновичу. В 2015-м их призвали исполнить воинский долг, послужить в морфлоте.
- Я вообще-то хотел в погранцы, - говорит Геннадий. – У меня отец был в погранвойсках, но к моменту моего призыва пограничники уже были сплошь контрактники.
Знакомьтесь: Геннадий Сергеевич Гуренко. Пятью годами ранее – чернофлотец, ветеран боевых действий, ныне – сотрудник общества «Газпром добыча Ноябрьск», работает по вахте на Чаяндинском месторождении.
- Сначала три с половиной месяца мы были в учебке: нас с Сашей в Кронштадт направили, Женю в Ломоносов (бывший Ораниенбаум). По окончании учебы мы с Балтики отбыли в состав Черноморского флота, в Севастополь. Больше всего боялись на берегу остаться, там тоже много частей базируется. Но нашей пристанью стали большие десантные корабли, - улыбается Геннадий. - Я распределился на «Ямал», Александр Хомяк – на «Азов». Евгений Лавренович сначала попал на БДК «Новочеркасск», потом его прикомандировали к «Ямалу». Год службы пролетел как один день: сейчас я думаю, что одного года маловато. До выхода в море изучали устройство судна, вооружение, учились самостоятельности и дисциплине.
Перед командирами тоже была поставлена непростая задача: превратить за триста дней вчерашних мальчишек в военных моряков. Хотя ямальские ребята были наособицу: капитан второго ранга Валерий Поляков (главный в то время на БДК) отзывался о них уважительно. Говорил, что «это крепкие и ответственные матросы, одно слово - северяне».
Быть хорошим парнем, конечно, здорово, но еще неплохо быть специалистом. Геннадий до армии окончил техникум по специальности «монтаж и техническая эксплуатация промышленного оборудования».
- Я служил в боевой части № 5, отвечал за энергоживучесть корабля, - лицо моего собеседника становится серьезным. – Механики, электрики – мы следили за ходом машины. В моей части было несколько структур: «главари» - отвечали за двигатель, «вспомогочи» - заботились о дизель-генераторе, трюмные – те, кто осматривал низ корабля.
Гражданская специальность Геннадия - техник-механик - включала в себя сразу несколько профессий: монтажник, слесарь-инструментальщик, слесарь-ремонтник, токарь, фрезеровщик, шлифовщик. Это к тому, что он на все руки мастер, к тому же предметы изучал серьезные - технологию обработки материалов, техническую эксплуатацию и ремонт оборудования, электротехнику.
- Мне хотелось, чтобы служба запомнилась надолго: ведь такое в моей жизни больше не повторится, - рассуждает Гуренко. - Отношения в коллективе сложились ровные, не было никакой дедовщины. Главным для всех был устав и старшие по службе: они выполняли роль наставников.
Большие десантные корабли – краса и гордость Черноморского флота. Геннадий помнит их все наперечет: «Николай Фильченков», «Орск», «Саратов», «Азов», «Новочеркасск», «Цезарь Куников», «Ямал».
- Кстати, на «Ямале» служили парни со всей России, не только срочники с Севера. В команде из 115 человек был всего один ненец: Константин Тэсида. Морской болезнью не страдал, выдерживал шторм в 5,5 балла, - смеется Геннадий. – Нам даже в боевых учениях довелось побывать: в 2015-2016 годах они прошли по всем флотам. На Черноморском флоте операцию назвали «Кавказ». Во время учений количество людей на корабле возрастает кратно. Все максимально собраны: оборудование должно работать как часы. Бывает, что забиваются фильтры, топливный насос выходит из строя – ликвидация поломок регламентирована минутами. Поход в Средиземное море тоже требовал максимальной собранности: груз в Сирию доставляли в срок. С БДК «Ямал» был виден сирийский берег, это была военная база. Сейчас об этом можно говорить, а тогда все матросы подписывали документ о неразглашении. Через полгода после демобилизации нам пришли удостоверения, подтверждающие наше участие в выполнении специальных задач на территории Сирийской Арабской Республики.
В этом году тридцатого октября у Военно-морского флота России будет круглая дата - 325 лет: осенью 1696 года Боярская дума по настоянию Петра I приняла решение: «Морским судам быть». Подчеркивая значения флота в Северной войне, Петр I приказал выбить на медали, утвержденной в честь победы над Швецией, слова: «Конец сей войны таким миром получен ничем иным, только флотом, ибо землею никаким образом достигнуть было того невозможно».
Понятия «доблесть» и «честь» для наших моряков не просто слова: вглядитесь в их лица, просоленные ветрами Черного моря, Балтики, Каспия и Азова, Северного Ледовитого и Тихого штормового океанов. Бережно хранят они бескозырки, фланки и гюйсы: чтут флотские традиции и передают потомкам.
ФОТО ИЗ АРХИВА ГЕННАДИЯ ГУРЕНКО
ФОТО АНАСТАСИИ ДАНИЛЕНКО
