В ночь с 21 на 22 июня 79 лет тому назад началась Великая Отечественная война. Моей маме в тот год исполнилось девять лет. Детская память сохранила подробности воскресного дня: в молдавском селе на левом берегу Днестра, где жила семья Мотынга, накануне прошел школьный выпускной бал, парни и девушки вернулись домой под утро.
В ночь с 21 на 22 июня 79 лет тому назад началась Великая Отечественная война. Моей маме в тот год исполнилось девять лет. Детская память сохранила подробности воскресного дня: в молдавском селе на левом берегу Днестра, где жила семья Мотынга, накануне прошел школьный выпускной бал, парни и девушки вернулись домой под утро.
В ТО ЛЕТО АИСТ НЕ ГНЕЗДИЛСЯ
– Старший брат Иван родился в 1923-м, ему уже было восемнадцать, – мамин рассказ я запомнила слово в слово. – За ним подрастали еще трое братьев: Николай, Андрей, Григорий.
Из четверых дядьев я знала только двух – Николая Марковича и Григория Марковича. Дядю Ваню увидеть так и не успела: в 1941 году он окончил школу, выпускной вечер был как раз его. Сестра – моя мама – у четырех братьев была единственная: мой дед Марк Савельевич дочку баловал, называл Нинель (по паспорту – Нина).
– Это было не просто воскресенье: на 22 июня пришелся православный праздник – День всех святых, в земле Российской просиявших, – вздыхала мама. – Соседки и моя мама Прасковья Яковлевна ходили в церковь.
Через несколько дней после начала войны Ивана призвали в армию, а бабушке с детьми сказали эвакуироваться. Решили ехать в Украину, там была родня. Нужно было перейти на другую сторону Днестра, пока немцы мост не разбомбили.
– Шли пешком. Телегу с пожитками тащила корова, было жалко ее нагружать, – эти подробности я услышала от мамы спустя тридцать с лишним лет после страшных событий. – По мосту пройти не успели, немцы нас опередили. Пришлось возвращаться назад в Григориополь в свой дом, хотя жили мы в основном в погребе. Оккупация продлилась до весны 1944 года, пока Красная армия нас не освободила.
В ЛЕТНИЕ ЗАРНИЦЫ НЕ ДО СНА
В ночь с 21 на 22 июня я уже много лет не сплю: короткая ночь, светлая – на Севере летом заря с зарей сходится. Иногда мне кажется, что слышу рокот самолета и даже вижу в небе след – белые курчавые полосы: представляю то тревожное утро, когда еще не стреляли, но и мира уже не было.
Дату вторжения в СССР Гитлер назначил с учетом двух условий: застать противника врасплох, поэтому выбрал ночь на выходной день – с субботы на воскресенье; и второе – время до уборки урожая: хлеб должен был остаться несобранным, чтобы немцы, наступая, могли воспользоваться выращенным урожаем. По плану «Барбаросса» нападение готовили на 15 мая, но перенесли его. И даже время рассчитали – половина четвертого утра, вторглись с первыми лучами солнца.
Фашисты напали на нашу страну в самый длинный световой день, за который можно успеть больше, чем за все остальные дни в году, с расчетом, что их войска пройдут большое расстояние до наступления темноты. Приборов ночного видения не было, свободное передвижение немцев по незнакомой территории в темноте было затруднено. В основном и боевые действия происходили днем.
Сегодня, когда с документов снят гриф «секретно» и военные архивы стали доступны гражданам, историки обнаружили свидетельства того, что первые бомбы упали на города не в четыре утра, а раньше. В Севастополь война пришла в 03.15. В 03.06 начальник штаба Черноморского флота контр-адмирал Иван Елисеев отдал приказ открыть огонь по фашистским самолетам, находящимся в воздушном пространстве СССР. Это был первый боевой приказ отбивать атаки врага.
22 июня в 3 часа 48 минут в Севастополе уже были жертвы. За двенадцать минут до официального объявления о начале военных действий немецкие бомбы оборвали жизни многих мирных жителей. В городе-герое поставили памятник первым жертвам войны.
В три часа ночи немецкие саперы начали минировать советскую территорию. А в четыре утра эскадрильи фашистских «юнкерсов» с полными бомбовыми отсеками взяли курс на Москву, Ленинград, Киев.
НАГЛЫЕ ПРОВАКАЦИИ: АТМОСФЕРА СГУЩАЛАСЬ
В донесениях советских погранвойск, в мемуарах отечественных военачальников подробно изложено, что ощущение грядущей катастрофы присутствовало все предшествующие дни. В половине первого ночи 22 июня во все округа из Москвы полетела директива № 1: не поддаваться на провокации на границе, скрытно заняв при этом огневые точки. В тот же день в ходе немецкого наступления на «белостокском выступе» были захвачены многие приграничные города. Началась легендарная оборона Брестской крепости, сковавшая отдельные силы противника.
Одновременно с нападением фашистской Германии 22 июня финская армия нарушила демилитаризованную зону на Аландских островах, введя туда свои войска. В Литве в июньское воскресенье вспыхнуло антисоветское восстание, поднятое сторонниками восстановления независимости Прибалтики. В шесть утра того же дня посол Германии в СССР граф Шуленбург вручил наркому иностранных дел Советского Союза Вячеславу Молотову ноту об объявлении войны.
Такая же нота была передана министром иностранных дел Германии Риббентропом советскому послу в Берлине Владимиру Деканозову. После срочного совещания в Политбюро ЦК ВКП(б) в 12.15 Вячеслав Молотов выступил по радио с обращением к советскому народу, в этот же день Верховный Совет СССР издал указ о мобилизации.
Первыми городами, подвергшимися бомбардировкам, были Киев, Житомир, Севастополь, Каунас, Одесса. Цель – аэродромы: в первые часы немецких атак пострадало 66 советских аэродромов. Все они были расположены вблизи границы, враги совершили по несколько налетов и нанесли урон советской авиации. По официальным данным, в этот день было уничтожено 1 200 боевых машин.
Авиаудары на Киев начались 22 июня в 04.00. На следующий день в ряды Красной армии были призваны более 200 000 представителей мужского населения. 24 июня немецкие самолеты сбросили бомбы на Житомир.
В Одессе всеобщая мобилизация была объявлена тоже 22 июня. Изначально призывались только мужчины с 1908 по 1918 год рождения. Но число добровольцев росло очень быстро, каждый хотел встать на защиту Родины, независимо от даты в паспорте. Через трое суток в Одессе и пригородах ввели военное положение.
СТОЯЛИ НАСМЕРТЬ, НО НЕ СДАВАЛИСЬ
Памятной дата 22 июня стала в постсоветское время. До перестроечных времен власти не напоминали о дне начала войны, не бередили тягостные воспоминания соотечественников. С 1992 года постановлением Верховного Совета Российской Федерации дату именовали Днем памяти защитников Отечества, а с 8 июня 1996 года указом президента Бориса Ельцина 22 июня в РФ объявлено официально Днем памяти и скорби.
В этот день по всей стране проходят памятные мероприятия, приспускаются государственные флаги, возлагаются венки к памятникам и мемориалам. Начиная с 2009 года проводится акция «Свеча памяти». Она затрагивает не только Россию и бывшие республики Советского Союза: в Белоруссии – День всенародной памяти жертв Великой Отечественной войны, в Украине – День скорби и чествования памяти жертв войны. «Свеча памяти» проходит в государствах, далеких от сражений с фашистской Германией.
В Москве на Крымской набережной проводят «Линию памяти» с зажжением 1 418 свечей: ровно столько дней продолжалась война. Год назад Министерство обороны запустило в День памяти и скорби Всероссийскую военно-патриотическую акцию «Горсть Памяти», которая направлена на передачу земли с братских могил в историко-мемориальный комплекс Главного храма Вооруженных сил в Москве.
В СЕМЬЯХ ПАМЯТЕН СВОЙ ГЕРОЙ
Второй год подряд в День памяти и скорби проходит еще одна акция – «Великое кино великой страны». В 2019-м она состоялась по инициативе Сергея Жигунова – актера, режиссера и продюсера, президента кинофестиваля «Утро Родины», проходящего на острове Сахалин. Волонтеры фестиваля в рамках акции организовали в восьмистах кинотеатрах России бесплатный показ фильма «Белорусский вокзал». В Белгороде, например, на больших экранах, установленных на городской набережной, показали фильм Андрея Смирнова «Брестская крепость» (он сын автора книги Сергея Смирнова). В этом году, по словам Жигунова, планируется организовать бесплатный показ фильма Сергея Бондарчука «Судьба человека», который будут транслировать две тысячи городов и три тысячи экранов на территории России и стран СНГ.
Для меня самым сильным произведением искусства, в котором показаны события 22 июня 1941 года, стал лауреат международного Каннского фестиваля – фильм Михаила Калатозова, снятый по пьесе Виктора Розова, «Летят журавли». Герои Татьяны Самойловой и Алексея Баталова, гуляющие по московским набережным, контрастируют с ужасом и хаосом июньской трагедии. Война разрушила жизнь и мир: музыка, документальные кадры – все вызывает неподдельные эмоции. Характерно, что фильм был снят в 1957 году, а равных ему нет и по сей день.
Фото из архива «СВ»
